О дружбе и гостеприимстве

История о том, как дед Сулейман Гапорхоев спас колхоз Алхасты в Сунженском районе

Фото:
архив С. Гапархоева

С середины 50-х годов прошлого столетия в сельском хозяйстве страны шёл процесс укрупнения экономически слабых колхозов за счёт их объединения с более крепкими хозяйствами. Такая же судьба была предписана весной 1977 года и колхозу селения Алхасты Сунженского района Чечено-Ингушской республики. Людям объявили о том, что их объединяют с соседним хозяйством селения Нестеровка. В ответ на это решение народ встал на защиту своего детища. Пошли ходоки по разным инстанциям, стали писать обращения в вышестоящие структуры власти, средства массовой информации, но дело не двигалось с мёртвой точки. И тут вспомнили о дружбе, уважаемого в селении деда Сулеймана Гапорхоева с первым секретарём Чечено-Ингушской республики Александром Власовым.

История со слов внука Саварбека Гапархоева

Дело было осенью 1975 года. Александр Владимирович уже более месяца как был назначен на должность первого секретаря Чечено-Ингушского обкома КПСС. Свою работу он начал с поездок по районам, городам и селам доверенного ему региона, чтобы своими глазами увидеть, чем живёт и дышит народ. Так чиновник добрался и до селения Алхасты.

Народ собрался в сельском клубе. Разговор получился долгим. Власов говорил о планах, о подъёме хозяйства, о том, что впереди предстоит большая работа. А потом, когда собрание закончилось, началось то, что называется кавказским гостеприимством. Со всех сторон посыпались приглашения к пышному застолью с отборным барашком. А дед Сулейман стоял в стороне и смотрел, как каждый норовит заполучить высокого гостя именно у себя дома, и, поймав на себе взгляд Власова, сказал:

— Барана не обещаю, но к ингушскому столу приглашаю. Есть ольг (хлеб из пшеничной муки на сыворотке), сискал (кукурузный чурек), кодр (творожный соус на топленном масле) и чай с мёдом из горных трав. Коли не побрезгуете — милости просим.

Фото:
архив С. Гапархоева

Ингушское гостеприимство...

В гостеприимном доме деда Сулеймана они пробыли недолго. Говорили о жизни, о наболевшем и немного о себе. Так, в этой непринужденной беседе дед увидел во Власове простого человека, прошедшего путь от шахтера до секретаря обкома партии, и который подавал надежду, что будет «править» по справедливости, ставя во главу угла закон и заботу о людях. А Власов нашёл в старике большого трудягу, хорошего семьянина и порядочного человека. Так укрепилась их дружба, основанная на взаимном уважении и доверии.

Прощаясь, хозяин не отпустил гостя с пустыми руками: дал ему мешок картошки, фрукты и овощи с приусадебного участка. Разумеется, Власов никакой нужды не испытывал, но он оценил народный жест, не желая обидеть искренние чувства старика. Поблагодарив хозяина за угощение, он сказал, что тот всегда может обратиться к нему за помощью, как к брату. С тех пор дед при случае любил пересказывать с гордостью эту историю.

Объединить колхоз с хозяйством соседнего района

Прошло пару лет, и тут над колхозом селения Алхасты сгустились тучи. За прорехи руководителей было решено колхоз закрыть, а земли объединить с соседним хозяйством. Для алхастинцев это означало не просто смену вывески, а конец спокойной жизни. Решили они миром спасать свой колхоз. И пошло-поехало. Куда только они не обращались, кого только не просили, в какие двери не стучались. Бумаги ходили по кругу — чиновники разводили руками: мол, всё решено, жаловаться некуда.

И тогда вспомнили деда Сулеймана. Так мол и так, сказали ему, надо тебе съездить к Власову.

Сказано, сделано. «Разобраться. Колхоз не трогать».

Приехал дед Сулейман в Грозный. Но в здание обкома партии его не пускают. Милиционер у входа непреклонен: «Посторонним нельзя. Приём по записи. Секретарь занят».

Дед не стал с ним спорить. Только попросил спокойно и вежливо доложить, что на приём просится дед Сулейман из селения Алхасты. «Если не примет — уйду, — сказал он. — И больше не потревожу». Милиционер пожал плечами, но всё же велел передать в приёмную его слова.

Не прошло и пяти минут, как Власов вышел навстречу к деду с широкой улыбкой, протягивая на ходу руку. Завёл его в кабинет, угостил чаем, выслушал. Дед рассказал про колхоз, про то, как чиновники их по кругу гоняют, а вопрос никто не решает. «Тяжело нам будет без хозяйства, — сказал он. — Работы, кроме как в колхозе нет, семьи большие. Многие ещё не устроены, только вернулись на родину с высылки. Транспорта ездить в чужое село тоже нет. Надо сохранить наш колхоз».

Власов выслушал, понял всю глубину проблемы, а потом позвонил кому-то, и сказал коротко и твёрдо, как потом пересказывал дед: «Разобраться по-честному. Колхоз не трогать. Люди ни при чём».

Дружба, построенная на искренности

Дружба этих двух людей, высокопоставленного чиновника и простого жителя селения Алхасты не прекратилась на этом. В должности первого секретаря Чечено-Ингушской республики Власов проработал до 1984 года и всегда был рад видеть у себя деда Сулеймана. Ему не раз приходилось обращаться к нему за помощью, и по общественным вопросам, и по личным, и он всегда находил для старика правильное решение. А однажды, узнав, что его сын Салман окончил второе высшее образование, вызвал его на собеседования, после чего назначил директорам хлебобулочного комбината в Грозном. 

С тех пор прошло немало лет, колхоз Алхасты просуществовал вплоть до развала Союза. Ушёл из жизни и дед Сулейман, и Власов, и много чего изменилось в нашей жизни. Но в селении Алхасты до сих пор вспоминают дружбу первого секретаря обкома партии ЧИАССР и деда Сулеймана Гапорхоева, и историю о том, как по его просьбе Власов сохранил для людей колхоз.

Истоки

Сулейман Гапорхоев родился в 1898 году в семье Муссы Гапорхоева и Буки Гатагажевой в родовом селении Гаппи в горной Ингушетии — башенный посёлок замкового типа у вершины горного хребта, расположенный в нескольких километрах от границы с Грузией. Здесь до сегодняшнего дня сохранилась боевая башня, могильники и полуразрушенные жилые башни. 

В 20-х годах прошлого столетия, после создания Ингушской автономии жители этого горного селения переехали в большинстве своём жить в Галашкинский район. Семья Муссы Гапорхоева поселилась в селении Галашки. У него было четверо сыновей: Хосбот, Артаган, Сулейман, Ахмед и дочь Рябат. Сыновья Муссы Гапорхоева были уважаемыми и почитаемыми в обществе людьми, благодаря своей мудрости, трудолюбию и высоким моральным качествам. Сын Артаган до высылки был председателем сельского совета, и как рассказывали старожилы, не только помогал своим сельчанам и родственникам в решении многих проблем, но и спасал не мало людей от ареста, суда и даже расстрела, что в те годы было не редкостью. 

Чуть позже Сулейман Муссаевич с представителями других фамилий, таких как Аушевы, Барахоевы, Накастхоевы и Евлоевы основал хутор Матхалдук — сельскохозяйственную артель, небольшое колхозное хозяйство между селениями Галашки и Алхасты. Сулейман тоже слыл хорошим хозяйственником, довольно предприимчивым человеком, имел во Владикавказе свою небольшую торговую лавку. Хутор Матхалдук за короткое время прославился довольно успешным хозяйством. Здесь была и своя начальная школа, где детей учили не только светским наукам, но и чтению священной книги Коран. Сегодня этого поселения не существует, после депортации ингушского народа здесь уже никто не проживал. Потомки правда навещали эту местность по возвращению на родину, но кроме разрушенных до основания построек ничего не увидели. 

Отсюда, из селения Галашки и хутора Матхалдук забрали в депортацию большую семью Муссы Гапорхоева в феврале 1944 года, когда ингушский и чеченские народы по ложному обвинению Сталина и всей его политической клики были высланы в Казахстан и Среднюю Азию. Отец большого семейства на родину больше не вернулся, его похоронили в 1947 году в Целинограде, где они проживали в годы высылки. А сыновья вернулись на родину в 1959 году и обосновались вместе с представителями своего рода в селении Алхасты, где проживает сегодня благородное потомство деда Сулеймана, у которого было тринадцать детей от двух браков. После смерти первой супруги Сапи Богатырёвой он женился на Хамсат Оздоевой. Надо сказать, что жёны деда Сулеймана были исключительно хлебосольными, благородными и щедрыми женщинами, и своим детям они дали хорошее воспитание. 

Большое потомство семьи Гапорхоевых сегодня проживает и в Алхастах, и в разных районах Ингушетии и нашей большой страны. Осознавая и гордясь тем, что они являются частью большой и славной цепи поколений, они стараются быть достойными преемниками своих предков, сохраняя память о них, и уверенно глядя в будущее.