К декаде ингушского языка и литературы

Абу Увайсович Мальсагов — человек добра

0
Абу Мальсагов

Меня всегда удивляло, как это Абу Увайсович Мальсагов умеет думать о большом и важном, и вместе с тем не забывать о текущих мелочах. Как это он, создавая новый, небывалый для Ингушетии литературный журнал, в то же время не упускает случая со свойственным ему практицизмом и особой конкретизацией учить студентов. Он всегда был олицетворением чести, благородства и добра, которые хорошо известны всем, кто хоть сколько-нибудь знал его.

И мне бы хотелось рассказать много-много случаев проявления этой неиссякаемой мужской, ингушской доброты, которая исходила от человека, проникнутого одним стремлением, одной идеей, которой он жил — делать людям добро.

Приведу несколько примеров.

Грозный. Осень 1969 года. Осенние школьные каникулы. Приближается 7 ноября. Мы, школьники четвертых, пятых классов, вплоть до десятых, в то время были заражены игрой в колы. Это деревянные палки с острым заточенным концом, длиной с полметра. Делались эти колы из толстых ветвей деревьев. Суть игры заключалась в том, что кол нужно было вбить в размокшую землю, а другой игрок должен был вбить свой кол так, чтобы он придавил к земле кол соперника. Вот вся наша орава, человек пятнадцать, устроили «турнир» прямо под окнами Абу Мальсагова, который жил на третьем этаже пятиэтажного дома. Надо представить, какой ожесточенный спор шел между нами по вопросу справедливости победы «одного кола над другим».

И вот, в разгар очередного спора, как-то незаметно, подошел к нам огромный дядя, мы его еще не знали, а знал его мой друг Висхан. Этот дядя обратился к нам с дружеским приветствием. Висхан сразу отреагировал и назвал его «дядя Абу». Абу поинтересовался, почему мы так спорим, что шум наш слышен чуть ли не на проспекте Ленина. Висхан стал объяснять, что Джамал, старшеклассник с другой улицы, у нас выигрывает колы несправедливо, придумывая различные уловки. Тогда Абу взял в руки один из колов и предложил Джамалу сразиться с ним, сказав, что будет играть вот этим одним колом. Джамалу ничего не оставалось делать, как согласиться. В течение часа Абу Мальсагов отыграл у него все наши колы. Как мы тогда восхищались его умелыми и сильными ударами, подсекающими колы Джамала, которые не просто валились на землю, а летели на два-три метра. Так дядя Абу для нас, пацанов, стал непререкаемым авторитетом.

А вот другой случай, уже зимой.

Напротив нашего дома была квартира дяди Абу. Это был «обкомовский дом», в котором проживали многочисленные заслуженные артисты театров имени Лермонтова и Ханпаши Нурадилова, танцевального ансамбля «Вайнах», филармонии, здесь же была спортивная площадка спортзала нефтяного института. Мы, как говорится, проводили там время с утра до глубокой ночи. Играли в хоккей «улица на улицу». У всех у нас были самодельные клюшки и самодельные шайбы. И вот, в разгар очередной игры на площадку в синем спортивном костюме, какие были тогда только у мастеров спорта СССР, вышел дядя Абу. Взглянув в его сторону, мы все ахнули! У него в руках были две настоящие фабричные клюшки, которые раньше «вживую» из нас никто не видел. Мы все бросили игру, обступили дядю Абу со всех сторон и каждый из нас брал в руки клюшку и восхищался, кто как мог. Дядя Абу одну клюшку подарил моему другу Висхану, сказав при этом, что он его сосед. А вторую подарит тому, кто будет лучше всех играть в хоккей. Как мы бились друг с другом в тот день! Конечно, мне было жаль, что вторая клюшка досталась не мне. Зато я был очень рад, что одна была у моего друга. В придачу Абу подарил нам пять настоящих резиновых шайб!

Вот еще один случай.

Летним вечером мы, человек десять, сидели в беседке и играли в нарды. Уже стемнело, и к нам, возвращаясь с работы, подошел дядя Абу. Мы все дружно повскакивали со своих мест и поздоровались. Вдруг дядя Абу нам всем говорит: «Хотите мороженого?» Естественно, кто в жаркий летний вечер откажется от такого лакомства, и мы все дружно завопили: «Да!» Тогда Абу Увайсович говорит: «Ну, пошли в буфет кинотеатра «Родина».

Сам кинотеатр располагался от нашего двора метрах в пятидесяти, достаточно было перейти проспект Ленина — и ты у цели. В тот вечер дядя Абу угостил нас всех лимонадом, знаменитыми «песочниками» и вкуснейшим пломбиром. Этот вечер у меня до сих пор перед глазами.

Уже в Магасе, в университете, я подошел к Абу Увайсовичу и представился, начав свое представление о тех незабываемых днях в Грозном, на «Родине», как мы называли то свое старое место проживания. Как у него светились глаза, с какой легкостью он вспоминал и делился со мной своими впечатлениями о том далеком счастливом времени.

Ладимир Боков,

руководитель Центра изучения литературно-культурного наследия народов Северного Кавказа

имени первого народного писателя ЧИАССР Ахмета Бокова

Добавить комментарий

Новости