Служить закону и народу

Характер ингушского ОМОНа выкристаллизовывался в боях с преступниками

0

В канун празднования Дня войск национальной гвардии, отмечаемого 27 марта, «Ингушетия» продолжает публикации материалов о сотрудниках и боевых подразделениях Росгвардии. Сегодня мы расскажем читателям об ингушском ОМОНе — отряде мобильном особого назначения.

О том, что представляет собой это подразделение, можно судить по многим показателям. Например, по количеству бойцов, удостоенных государственных наград — их свыше пятидесяти. Или по числу потерь — свои головы при выполнении боевых задач сложили более тридцати бойцов, среди них несколько командиров отряда. Трудно сравниться с ингушскими омоновцами и по боевому опыту, количеству проведённых спецопераций или других оперативных мероприятий, точный счёт которым давно потерян. Впрочем, знакомство с этим подразделением лучше начать со дня его образования.

ОМОН, ныне входящий в состав Росгвардии Ингушетии, был создан всего через полгода после образования самого молодого в составе России субъекта федерации — в январе 1993 года. Первый штат отряда — 96 человек. Костяк составили уволенные в запас офицеры и прапорщики Советской Армии и внутренних войск, бойцы ППС.

Ещё тлели «угли» осетино-ингушского конфликта, а под боком уже назревал очередной — чеченский. Каждый день в дежурную часть поступали тревожные сообщения о взрывах, обстрелах, нападениях, захватах заложников. Чтобы везде успеть, приходилось работать без выходных и отпусков, избавляясь от случайных людей. Не все вписались в столь жёсткий ритм, не всех устроили предъявляемые требования. Но именно тогда и начал выкристаллизовываться твердый омоновский характер. Досталось это дорогой ценой. Только за два года погибли несколько сотрудников отряда, включая и его командира — капитана милиции Багаудина Точиева. Однако остаться в стороне от развернувшейся полномасштабной контртеррористической операции на Северном Кавказе, отгородиться «колючкой» и блок-постами от хлынувших в республику разномастных банд не удалось.

В 1995-1998 годах, как вспоминают ветераны подразделения, ингушские омоновцы чаще всего были задействованы в мероприятиях по ликвидации бандгрупп, прорвавшихся через слабо прикрытую административную границу. Порой их численность вдвое превышала силы ребят-омоновцев. С начала 2000-х начался новый виток эскалации напряжённости и обострения обстановки на чечено-ингушской границе. Ингушский ОМОН, как мог, к этому готовился: отряд пополнился проверенными людьми; наладились отношения, в том числе на уровне личных контактов, с коллегами из прикомандированных спецподразделений МВД России, оперативниками ФСБ; шёл процесс обмена информацией, нарабатывался бесценный опыт. Примером, как и прежде, были командиры. Во время проведения одной из спецопераций в 2003 году в станице Троицкой погиб командир ОМОНа подполковник милиции Магомед Мартазанов...

Росло вместе с боевым опытом и доверие к отряду: ингушские омоновцы «работают» уже не только «дома», но и выезжают в командировки в соседние республики. Зимой 2002 года группа сотрудников отряда находилась в Грозном. 27 декабря они совместно с другими подразделениями МВД России несли охрану комплекса правительственных зданий. В тот день на территорию прорвались два автомобиля, начинённых взрывчаткой. Ценой своей жизни террористов пытались остановить два сотрудника ОМОНа: прапорщик милиции Микаил Балаев и сержант милиции Азамат-Гирей Цечоев.

Ингушские омоновцы всё чаще начали привлекаться к участию в совместных оперативно-разыскных, разведывательно-поисковых мероприятиях, бойцы всё активнее проявляли себя в рейдах и засадах, проводили успешные задержания. Спецназовцы стали заметно нервировать преступников. В адрес командования, сотрудников, их семей сыпались угрозы. Омоновцы отвечали хлёсткими, точными ударами. Однако у бандитов ещё имелись силы для масштабного теракта. В ночь с 21 на 22 июня 2004 года они совершили дерзкое нападение на
республиканское МВД, здания РОВД в Карабулаке и станице Орджоникидзевская (ныне г. Сунжа), организовали засады на улицах Назрани. Попав в одну из них, понесли потери возвращавшиеся на базу бойцы отряда. В дальнейшем практически все преступники, участвовавшие в этом подлом ночном рейде, были ликвидированы или нейтрализованы.

Избегая впредь открытых боестолкновений, не имея сил для подобных акций, бандиты сделали ставку на индивидуальный террор. Нападения на сотрудников полиции происходили в Ингушетии регулярно, но особенно в 2003-2006 годах. Тогда от пуль и мин полегло несколько омоновцев. Кто-то был застрелен у входа в аптеку, кого-то пуля достала при следовании домой, были погибшие от взрыва мины, установленной под днищем машины. В числе павших — очередной командир ОМОНа подполковник милиции Мусса Нальгиев. Его расстреляли возле дома вместе с семьей и водителем-охранником.

Несмотря на реальные угрозы, бандиты не добились своей цели — запугать сотрудников ингушской полиции и омоновцев. Ответом на террор явилась углубленная оперативная работа по адресам и выявление участников бандподполья. И опять примером остальным стали наиболее опытные сотрудники. В апреле 2013 года в ходе операции в горно-лесистой местности в районе села Аршты Сунженского района оборвалась жизнь заместителя командира ОМОНа подполковника полиции Рашида Ганижева.

В связи с этим хочется особо подчеркнуть роль саперов отряда. Если бы не они, потери были бы в разы больше. Эти люди не знают покоя ни днём, ни ночью, даже когда отряд «отдыхает», то есть «сидит» на своей базе. Выезжали спецы не только на ежедневную инженерную разведку закреплённых за ними маршрутов, но и для нейтрализации террористов-смертников или начинённых взрывчаткой авто, информация о которых поступала очень часто. Несмотря на такую нагрузку, сапёры оказались самыми оптимистичными, жизнерадостными людьми. Настоящей душой отряда являлся, по всеобщему признанию, кавалер ордена Мужества и медали «За отвагу», старший инженер инженерно-технической группы майор милиции Моули Добриев, входивший в число наиболее опытных специалистов минно-взрывного дела в регионе. За свой пятнадцатилетний стаж этот человек снискал почёт и уважение не только
среди сослуживцев. Он погиб 5 марта 2009 года, разминируя заряд, оказавшийся радиоуправляемым фугасом.

История ОМОНа — это не сплошной мартиролог, как может показаться читателю, но и обходить стороной потери столь боевого подразделения было бы несправедливо. Так же считает и руководство Управления Росгвардии по Республике Ингушетия. Семей погибших сотрудников не забывают, по мере возможности стараются помочь: кроме обязательных страховых выплат, им оказывается и существенная материальная поддержка — как по линии ведомства, так и из добровольных пожертвований бойцов ОМОНа.

В прошлом году ОМОН Управления Росгвардии по Республике Ингушетия справил новоселье. На окраине Карабулака для него построили современную базу, рассчитанную на 720 сотрудников, где предусмотрено, кажется, все для службы и отдыха. Остаётся только добросовестно служить Родине, закону и народу. А с этим, у одного из самых боеспособных подразделений на территории Ингушетии нет никаких проблем.

Добавить комментарий

Новости