Родина как смысл жизни

Специфика идеализации понятия «родина» в осмыслении ингушского народа через роман «Из тьмы веков»

0

Понятие «родина» является одной из основополагающих ценностей в мировоззрении любого человека. Но это отнюдь не должно ассоциироваться с таким простым определением, когда родина воспринимается как место, где человек родился. Это понятие диктует более широкое осмысление, осмысление себя частью целого.

Родина — это место, где существует твой народ, где в течение многих лет в непосредственной связи с местом обитания формировалось мировоззрение народа. Каждый, задумавшийся над этим истинно сакральным понятием, подчеркивает эту взаимосвязь.

Быть счастливой, гармоничной личностью без родины невозможно. Это связано с тем, что у человека есть душа, и родина становится органичной частью человека. А лишение родины — это прямой путь к дисгармонии, к глубинному одиночеству и тоске. Все мы помним яркий пример из относительно недавнего прошлого, когда народ наш в годы сталинизма был депортирован, но на чужбине он так и не прижился, чужбина так и не стала ему родной. А ценность родной земли, осознаваемая через глубинное понимание, стала для его потомков более значимой и чувственной.

Есть и другие ценности земли, такие как источник благ, или место надёжной защиты в определённую историческую эпоху, но они представляются как само собой разумеющееся.

«Пусть ищут счастье там, где живут»

Основная мысль о прекрасном в бытие народа, о гармонии и миропорядке сконцентрировано у ингушей в понятии «жить среди своего народа и на своей земле». Эта идея удачно вложена в сюжет романа Идриса Базоркина «Из тьмы веков».

«Пусть ищут счастье там, где живут. А если не найдут его под ногами, пусть умрут и лягут в ту землю, которая их родила. Смерть в родном краю краше жизни на чужбине», — пишет автор, философски подводя жизнь главного героя Калоя вместе с читателями к этой мысли. Когда родители Калоя в день его рождения покинули родину вместе с другими мухаджирами в поисках лучшей жизни у турецкого султана, он же, оставшись среди своих людей, преодолевая все трудности судьбы, не сломался, а стал настоящим человеком, настоящим сыном своего народа.

«И вот я вернулся к родной земле... Здесь солнце исцеляет, здесь дождь из масла... Где и что ещё мы хотели найти, уходя от такого народа? Мы были слепы!.. я вернулся уже не для жизни... а чтоб лечь там, где лежат отцы и братья...», — говорит другой герой романа — Хамбор, мухаджир, через годы чудом вернувшийся на родину.

Глубоко чувственно продемонстрирована тема родины в сюжете, когда Турс, на последнюю просьбу брата не уезжать, передаёт ему только что родившегося сына, из «дрожащих рук (жены)» со словами: «Я отдаю ему моё сердце, которое бьётся в нём, — оно остаётся с вами, здесь на этой земле!»

В этой же сцене автор передает очень тонко, посредством символики, природную близость народа к родным местам. «Опустели серые громады гор, на которых, вцепившись корнями в расщелины скал, стояли редкие сосны», — пишет он, как бы призывая нас к мысли, что если у края пропасти, вцепившись корнями в скалы, живут одинокие сосны, значит, и этих людей смогла бы прокормить родная земля, горы и глубокие корни...

«У тебя должна быть башня и горсть земли. Иначе ты — раб»

Осмысление родины видится и в клятве, которую, спустя много лет, даст у камня, поставленного в честь родителей, Калой: «Мой отец и моя мать! Я, который никогда не видел ваших лиц, не ел из ваших рук, я чтил вашу память священно! Я клянусь горем вашего последнего часа, счастьем всей жизни моих близких, клянусь, что никогда не нарушу завета твоего, отец, и не покину этой земли, как ты велел! Я буду добывать счастье своё здесь, в краю, по которому так тосковали ты и я...».

В этой клятве сконцентрированы три особенности, по которым исследователь Г. Гачев осмысляет целостность народа: первая — это природа (Космос), в которую погружён каждый народ, т. е. среда его обитания; вторая — склад его души (Психея), которая в свою очередь находится в тесной зависимости от первой; третья — логика его ума, т. е. образ мышления (Логос).

Особый смысл вкладывает автор и в слова Калоя, когда молочный брат Виты предложил ему свою родовую башню. «Человек без земли — тля, которая ест чужое!.. А что, если завтра скажут тебе, как сказали когда-то нашим отцам: уходи! К кому пойдёшь, если у тебя не будет здесь ничего? А башня примет. Её стены слышали первый плач твоего предка, и не известно, чей плач они услышат последним... Но пока ты жив, у тебя должна быть башня и горсть земли. Иначе ты — раб, у которого только руки...», - говорит он.

Черты идеализации родной земли, как ценности, мотивы борьбы за неё можно найти и во многих сказаниях, поговорках, пословицах, а также в художественной литературе ингушского народа. В притче «Это моя родина» пророк Сулейман объявил всему живому, чтобы они покинули место, которое заросло бурьяном, чтобы пустить сюда огонь. Когда всё было сожжено, здесь осталась полуобгоревшая змея. На недоумённый вопрос пророка, она ответила: «...в этом месте прожили семь колен моих предков. Как же я могла покинуть свою родину?».

Идеи дружбы и взаимопонимание между народами

В идее идеализации родного очага тесно переплетаются и идеи дружбы и взаимопонимание (вежарал и доттаг1ал) между народами. Жить на своей земле, означало — беречь мир и спокойствие; жить ради жизни, а не ради вражды; уважать соседа, его честь и достоинство; считаться с его ценностями. Такие отношения строили ингуши со своими соседями-народами. Эту мысль подтверждает сцена, когда грузины приходят провожать покидающих родину соседей.

«Где-то в небе раздался дребезжащий металлический гул. Он ударялся о скалы, нарастал и, убегая, замирал в ущелье... Звонил большой колокол... Турс поднял голову. Перед ним высоко на чёрной горе виднелось множество огоньков. Этот был храм. За ним, как чудо земное, белела огромная вершина Бешломкорта (гора Казбек), которая светилась в самую тёмную ночь сиянием ледников...

Из темноты на свет огня вышел горец. Судя по войлочной шапке, это был грузин.

— Садись, — пригласил Турс гостя и пододвинул к нему сковородку... Грузин из уважения к Турсу съел кусочек мяса и поблагодарил его. Потом достал из сумки круг кукурузного хлеба, круг сыра, кусочек копчёного курдюка и подал их Турсу...

Турс был удивлён и взволнован. Он взял подношение, поблагодарил незнакомого друга и отнёс всё в арбу. Он увидел, что и у других костров стоят грузины. Они пришли, чтобы проститься с соседями.

— Что, у вас праздник? — спросил Турс грузина, когда снова раздался колокольный звон.

— Нет. Не праздник. Горе... На Цминда-Самеба (монастырь) старики молятся за вашу дорогу...»

Эпизод показывает, что ничто не могло помешать доброму взаимоотношению народов: ни разные религиозные взгляды, ни возникавшие временами споры. Сегодня у соседей — горе, а значит, горе и у них. Через трагизм всплывают самые прекрасные и возвышенные чувства уважения и взаимопонимания между горцами, которые не проявляются в обычной суетной жизни.

Чтобы не умалчивать правду об историческом прошлом, рассмотрим следующий эпизод из романа:

«Однажды, уже поздней осенью, тревожная весть облетела аулы и заставила забыть всё. Хевсуры (грузины, жившие в горах по соседству с ингушами) отбили скот у галгаевских пастухов и увезли их сено с горы Плато Ветров.

За эту гору между двумя соседними народами не раз возникала вражда. Галгаи считали её своей, а хевсуры своей. В доказательство с обеих сторон обычно приводилось много фактов... Появление в том или ином племени сильного по характеру человека заставляло противников отступать... Но в конце концов, всё кончалось благополучно... Выяснили, кто убит, кто ранен, оценили стоимость сена, увезённого с Плато, и убитых галгаями лошадей, прикинули, кто кому что должен, расплатились, съели барана, выпили горского пива и, горячо поклявшись в дружбе, разошлись до следующей стычки, на всякий случай изредка оглядываясь, чтоб не получить пулю в затылок».

Да, подобные явления были в прошлом у всех народов, живущих рядом. Они существенно дополняют правдивую картину исторического времени. Автор потому и знакомит нас с этими явлениями, заставляет нас задуматься над тем, что набеги, воровство были порождены самой жизнью. «Констатация подобных нравов, бытовавших в историческом прошлом, конечно, не мешает идее дружбы народов, не задевает и не принижает чести народа, как думали и действовали в период застоя общественной мысли некоторые исследователи, а наоборот, они укрепляют дружбу народов», — писал исследователь А. Танкиев. Самым неприемлемым для горцев в ту эпоху были не эти столкновения, которые для того периода были сродни состязаниям на мужество, и в то же время средством к существованию, а предательство, которое выражалось в поступках, порочащих честь и достоинство горца.

«Всё это — страна отцов, древняя колыбель народа»

А вот другой случай, подтверждающую эту мысль. Когда в эпизоде на войне командующий Дикой дивизией решил разоружить взбунтовавшихся ингушей, офицеры полков отказались его поддержать. «Я позволю себе просить не привлекать к этой операции моих черкесов. Мотивирую: мы всё время в одной с ингушами бригаде. За войну люди сжились...», — сказал один. «Если будет принято решение разоружить ингушей, придётся разоружать и чеченцев», — заявил другой. И так поступают все командиры полков, мотивируя их соседскими взаимоотношениями там, на родине, на Кавказе.

Приведём в качестве примера ещё одни слова главного героя, которые наглядно демонстрируют сакральное содержание темы родины в сознании ингушского народа.

«Вон древний аул Кёрбете, под ним многобашенные аулы Арзи, Ляжг, вон в лесу Бейни, над ним, на Столовой горе, маленькой точкой виден храм Мятт-села... Всё это — страна отцов, древняя колыбель народа...

Я здесь как рыба в воде! Скучать работа не даёт. На горы гляну — глаз отдыхает. И отец завещал: живи и добивайся счастья на своей земле! А уж он, наверно, хлебнул от чужих мест! Даже умирая, завещал, чтобы я не уходил отсюда! Я — Эги. И род свой буду держать здесь. Чтоб гнездо моих предков не поросло бурьяном!»

Суммируя сказанное, отметим, что сегодня, когда многие наши соотечественники живут далеко за пределами Ингушетии, тема родины актуальна, как никогда. Дети, родившиеся вне «дома», не всегда получают качественное восприятие образа Родины. Каждому последующему поколению сложнее будет передать это чувственное отношение к земле предков будущим поколениям.

Но от времени не уйти, оно вносит свои коррективы. Просто очень важно, чтобы человек не затерялся, чтобы в его душе, в его памяти и чувствах всегда доминировало это сакральное понятие, означающее сохранение себя, своей целостности, своей принадлежности к чему-то большему, и чтобы родина не ассоциировалась просто с местом его рождения.

Сегодняшние технические средства информации дают большие возможности для полного, качественного и гармоничного формирования личности, с осознанной принадлежностью его к родным местам их предков. Таким образом, человек не потеряет свои корни и смысл жизни.

Дело, как говорится, за малым.

Добавить комментарий

Новости