Магомед Парагульгов:

«Наша победа в том, что мы меняем людей»

0

Многие из нас привыкли видеть жизнь школы в рутинных буднях, когда обучение протекает в виде обязательств до последнего звонка. Но находятся и те, кто предпочитают отказаться от принятых протокольных отношений и стандартного видения учебного процесса во благо самим детям.

Достигнуть образовательных высот, сделать из школы второй дом возможно, и это каждый день доказывает гимназия № 1 г. Назрани. Приятное знакомство с гимназией началось еще со школьного двора, когда в знак уважения ко мне, по-ингушски, начали привставать юные гимназистки. И гимназия стала, пожалуй, первым учреждением, в котором настояли-таки на снятии верхней одежды.

Наш собеседник — директор Магомед Парагульгов, которого без преувеличения можно назвать отцом большой гимназистской семьи. Он стремится дать не только максимум знаний, но и воспитать детей в духе национальных и религиозных традиций, да еще и познакомить с предстоящим родительством. Магомед Парагульгов в беседе чаще всего называет своих воспитанников «детишками» и не скрывает своего участия в их будущей судьбе. В школе, уверен он, ребенок должен обрести гармонию и счастье.

— Большинство из Ваших выпускников не испытывает проблем с поступлением в ведущие российские вузы. А успешность поступления в вузы, своего рода, показатель уровня школьной базы. Что позволяет Вам оставаться одной из образцовых, ведущих школ республики, чем руководствуетесь?

— Самое главное, на мой взгляд, это не просто дать знания детям, а сделать их успешными. Мы знаем, что есть много случаев, когда учащийся является медалистом, отличником, а в жизни не состоялся. Факторы, из которых слагается успех, конечно, являются личностными и коммуникативными. Для нас важно, чтобы дети смогли себя реализовывать. Потенциал выпускника должен быть представлен выгодно, с учетом сохранения его личного достоинства, корней, традиций. И важно также быть готовым культивировать всё новое, те тренды, которые меняют жизнь к лучшему.

Я всегда говорю, что для меня результаты ЕГЭ не являются главным показателем рейтинга и успешности школы. Неправильно, если у ребенка складываются неприятные воспоминания о своей школе, несмотря на то, что он получил в ней хорошие знания. Главный вопрос связан с тем, счастлив ли ребенок, посещая ту или иную школу.

— По принципу школа — второй дом и приоритет личностного становления? Как добиваетесь этого? Даете ребенку свободно развиваться в выбранном направлении?

— Совершенно верно, чтобы ребенок чувствовал себя комфортно в школе. Мы стремимся, чтобы у нас на выпуске были уже состоявшиеся личности. Работаем над созданием многогранной среды, чтобы ребенок мог себя найти. В частности, у нас кроме основного образования, есть еще и дополнительное, которое по нагрузке, по разнообразию такое же полноценное образование.

Ребенок имеет возможность проявить себя в различных сферах, начиная от интеллектуальных игр, заканчивая техническим, спортивным, духовно-нравственным, творческим направлениями. Для этого мы создаем дополнительные площадки. В рамках сетевого сотрудничества мы активно общаемся с вузами, и у них же узнаем, какой выпускник им нужен. Активно сотрудничаем с МГУ, к нам приезжают профессора этого университета. На языке высшего образования мы проводим интенсивные лекции для детей.

Также взаимодействуем с Высшей школой экономики. С ними у нас партнерский проект «Предуниверсарий», в рамках которого школьники проходят программу обучения любого вуза, куда они планируют поступить. Профессора, лекторы выбираемых ими вузов еженедельно читают лекции. Наши школьники выполняют олимпиадные задания, высылаемые этими вузами.

Сразу скажу, эти задания первого уровня сложности по шкале всероссийских олимпиад. В рамках этой программы дети также выезжают, общаются со своими сверстниками. Пока мы единственная школа на Северном Кавказе, которая участвует в этом проекте. В нынешнем году гимназия также стала опорной площадкой Банка России по внедрению курса «Основы финансовой грамотности», сотрудничаем и с корпорацией «Роснано». Всё это вместе среда для точки роста детишек.

— Сокращаете дистанцию между вузами и будущими абитуриентами?

— Мы пытаемся выйти на такой уровень, чтобы наш выпускник являлся компетентным абитуриентом для конкретного вуза.

— В дополнительном образовании у Вас не только гуманитарные и технические дисциплины. Я правильно понимаю, что если ребенок больше всего проявляет себя в творчестве, то вы не стараетесь перенаправить его к так называемым «престижным» специальностям?

— Да. Мы поддерживаем ребенка в его выборе. Ориентировка не на престижность профессии, а на престижность вузов, их уровень, чтобы это оказались заведения, которые в конкретных сферах, будь это и творческие специальности, дают действительно качественное образование. Мы нацелены на те вузы, которые сегодня в российских рейтингах занимают лидирующие позиции.

— Возвращаясь к вопросу с поступлением в вузы. Это ведь действительно так, что большинство Ваших выпускников успешно поступают в те самые ведущие российские вузы, причем, без продвижения извне?

— Да, совершенно верно, в абсолютном большинстве они устраиваются именно в такие вузы. Но нельзя исключать тот факт, что не у всех семей есть возможность обеспечить дальнейшие условия для иногороднего обучения. Есть у нас выпускники, которые поступают и в наш вуз, где успешно обучаются. Часто слышу о них хорошие отзывы от преподавателей университета. Мне нередко говорят, что наших гимназистов узнают не только по успеваемости, но даже по осанке, манере поведения и общения. Вместе с этим, честно скажу, что я не люблю и не хочу, чтобы гимназист отождествлялся с каким-то идеалом. Для того чтобы сами наши дети не идеализировали себя, не зазнавались. Они должны показывать себя с лучшей стороны своим воспитанием.

— До зарубежных заведений еще не добрались?

— Да, есть несколько выпускников, отправившихся за рубеж. Например, Зулихан Томова учится в Мэрилендском университете. Есть у нас и педагоги, которые окончили бакалаврские, мастерские курсы в Кембриджском университете и других подобных вузах. Мне самому приходилось выезжать на заграничные стажировки.

Между прочим, с этого года у нас запущен очень интересный проект — обучение по формату GCSE (General Certificate of Secondary Education — сертификат о среднем образовании в Великобритании). Это образовательный британский стандарт международного признания, который предполагает преподавание общешкольных предметов на английском языке. Мы уже приступили к апробации проекта. В этом году в рамках внеурочной деятельности в неделю раз по два часа детям преподают историю и биологию на английском языке. Обучаем по оксфордским, кембриджским учебникам, естественно, на английском. Мы сейчас начали работу с девятым классом, в следующем году будем пробовать с 10-11 классами. Вначале казалось, возможно ли это вообще, особенно по биологии, где масса терминов на английском языке, но у детей уже есть интерес. В общем, такой эксперимент.

— На данное время благополучный?

— Да. Фактически, если у нас это получится. Но я стараюсь к этому относиться прагматично, не иллюзорно, так как понимаю, что это не простой модуль, не легкая программа. Претендовать на то, что через год мы официально получим британский сертификат и аттестацию, я думаю, сразу не стоит.

Через несколько лет, уверен, если двигаться по нарастающей, то можно прийти к тому, что наши дети официально получат вот этот стандарт GCSE. Если у нас всё получится, по воле Всевышнего, то это им даст возможность поступать в зарубежные вузы. Для этого нам необходимо не просто владеть английским, но и привить определенную методику его освоения. Ну и по английскому потребуется пройти отдельный экзамен.

Я сторонник того, чтобы у детей было критическое мышление, чтобы ребенок принимал что-то не потому, что это сказал учитель, а потому, что это истина. В этой связи мы приучаем детей анализировать и сравнивать содержимое британских и российских учебников. В будущем это, несомненно, пригодится. Мы знаем, что 80% всей мировой научной литературы на английском языке. Те школьники, которые освоят стандарт GCSE, будут в силах подготовить магистерскую, кандидатскую работу.

— В России Вы первопроходец в этом направлении?

— Я еще нигде не слышал о подобном в России. Единственно, некоторые частные школы где-то отчасти интегрирует подобный проект.

— Не боитесь ли, что если у Вас получится прорубить образовательное окно в Европу, то для Ингушетии это в итоге принесет некую «утечку мозгов», ведь мы можем потерять самую способную молодежь?

— В нашей ситуации нам выгодна эта утечка. Нам нужно, чтобы подобные люди уезжали, чтобы затем импульсы их конструктивной работы отражались на нас, на престиже нашего этноса. Эти же люди могут в будущем достойно представлять наш народ на разных международных рынках, научных, дискуссионных и бизнес площадках.

Я уверен, что часть из них всё равно вернётся. И сегодня к нам периодически приезжают уже состоявшиеся специалисты из-за рубежа. Мы, например, поддерживаем постоянно отношения с Тагиром Аушевым, ныне профессором. В прошлом году он к нам приезжал с лекцией. Между прочим, один наш воспитанник задал ему такой вопрос, который заставил его задуматься. Кстати, мы сотрудничаем и с МФТИ (Московский физико-технический институт), где работает Тагир Аушев. При этом вузе работает наша заочная физико-техническая школа.

Вот уже пару лет наши детишки выполняют определенные задания, которые мы ежеквартально отсылаем в Москву. Здесь хочу отметить, что в этом учебном году мы запустили собственную школьную мастерскую. У нас и техническое направление, и космическое, располагаем телескопами, гелиоскопами.

— Правда, что Вы знаете в лицо и поименно всех своих воспитанников?

— Я стараюсь. Даже если подзабываю, постоянно переспрашиваю имена. Здесь хотелось бы поделиться с Вами одним воспитательным проектом, который мы реализуем уже второй год. Мальчиков из 10-11 классов мы в рамках классного часа водим в пятницу в мечеть для совершения коллективной молитвы. Это строго по согласованию с их родителями, которые подписываются в регламентирующем это документе.

Мы в течение девяти месяцев создавали нормативную базу для этой возможности. У нас есть соглашение с имамом мечети о сотрудничестве. Никого не заставляем. Я здесь четко озвучил, что, например, если христианин захочет отправлять так же свою религиозную обязанность, то я не воспрепятствую, если это будет не в ущерб образовательному процессу.

Мы знаем, что в мечетях собираются мужчины, которые иногда обсуждают важные социальные вопросы, проблемы. И в любом случае здесь и духовно-нравственное воспитание. У мальчиков там есть возможность получить гендерную социализацию. А в это же время для девочек организуем классные уроки, на которых им рассказывают об определенных социальных и семейных отношениях. Буквально им разъясняют, что означает в ингушском и исламском понимании быть снохой, супругой. Нас обычно не учат этим важным социально-семейным ролям. Я родителям всегда говорю, что детей необходимо готовить к будущей семейной жизни. В школьниках уже нужно закладывать институт родителей. Для нас это очень важно.

— То есть если и не выйдет ученый, то останется личность с нравственным стержнем?

— Страшен ученый, в котором нет этого стержня. Воспитание это очень важно. Если, например, у нас возникает какая-то проблема, кто-то провинился, то я обращаюсь за помощью к активу класса. Они в свою очередь работают внутри своего детского коллектива так, что провинившийся сам приходит ко мне и признаётся в содеянном. Отчислять кого-то я не буду из-за каких-то перипетий. Наша победа в том, что мы меняем людей, а не в том, что избавляемся от них. Стараемся оградить детей и от пагубных привычек, проводим лекции. К примеру, нарколог и психотерапевт Ахмед Боров в гимназии уже свой человек, ребята его уважают, прислушиваются.

Другой момент воспитания — согласие между детьми. Мы всегда мирим повздоривших между собой, вплоть до того, что побуждаем зачинщика преподнести подарок другому. Важно, чтобы у детей не оставалось ущемленным личное достоинство, особенно, у мальчиков, так как вследствие психологических проблем, повзрослев, вчерашний мальчик может отрываться на той же сестре, жене или детях. Между кипой бумаг и отчётностью необходимо думать и об этой стороне школьной жизни, чтобы сохранить и социальный статус, и внутреннюю гармонию ребенка.

— Наслышана о дресс-коде в вашей школе. Это, вроде, больше девочек касается. Правда, что пресекаете использование косметики, украшений ученицами, всего, что нарушает ученический образ?

— Да, запрет на это сохраняется. Здесь существует договоренность между нами и родителями. Также, что касается религиозных платков на голове у девочек, то мы тоже не препятствуем этому. Никаких проблем, главное, чтобы родители пришли к нам и подтвердили, что это продиктовано их внутренним желанием. Платок, единственно, должен быть синего цвета. И, пожалуйста, учись.

— Как у Вас с пользованием мобильных телефонов, разных гаджетов в стенах школы?

— Мы ограничиваем это. Гаджеты сегодня — это реальность, детей нужно учить пользоваться ими во благо. Мы даже разработали отдельную памятку, где разъясняем, что такое номофобия (страх остаться без мобильного телефона) и как защититься от нее. Гаджеты с подключением к Интернету мы ограничиваем, телефоны, типа «фонарика», нет. Недавно я изъял у десятиклассника телефон. Пришла мама и говорит, что он без него жить не может. А я передаю ему слова матери и просто спрашиваю, докажет ли он, что он мужчина. И мальчик сам согласился оставить телефон. Важно не просто запрещать, а учить их. На детей нельзя кричать, а нужно с ними говорить на серьезном взрослом языке, как с членом своей семьи. Дети ценят, когда им оказывают кредит доверия.

— И напоследок очень тривиальный вопрос, который невозможно не задать директору школы. Хотелось бы узнать Ваше личное отношение к ЕГЭ?

— ЕГЭ — это всё-таки для ребенка возможность поступить в престижный вуз, с одной стороны. С другой стороны, не сторонник того, чтобы всю систему образования в школе подстраивать под ЕГЭ. Плюсов в ЕГЭ всё же больше.

— Благодарю за уделенное время!

Р. S. Наша беседа с Магомедом Парагульговым продолжалась около часа. В голове остались и другие вопросы, которые просто уже стало неудобно задавать. Например, хотелось спросить про бургеры и булочки, которые готовят в столовой гимназии, но поверим одной моей знакомой родительнице, которая утверждает, что ее дочка-гимназистка ничего, кроме них, и не хочет есть. Уверенно могу сказать, что своеобразная гармоничная атмосфера за это время дала о себе знать. Даже уходить пришлось неохотно.

Добавить комментарий

Новости